Демократия в театре или Шальная императрица

13:19

В воскресенье в Берлине закончился фестиваль Festival Internationale Neue Dramatik - FIND (Международный фестиваль новой драмы). "Демократия и трагедия" - вещали афиши театра Schaubühne, где собрались режиссеры со всего света, чтобы обсудить загадочный феномен "демократия", про который все говорят, но который никто и никогда в действительности не видел.

К политике в театре я отношусь весьма скептически. Театр, на мой взгляд, должен учить людей сопереживать, говорить о добре, о любви, о вечном, потому что политика и так уже куда только не залезла. Но, душа требовала прекрасного, поэтому, посмотрев программу, я решила сходить на спектакль "Pendiete de voto" режиссера Роджера Берната (Барселона).

"Зрители будут разбиты на партии парламента и вовлечены в голосование" - интригующе зазывало описание спектакля, и модное словосочетание иммерсивный театр всплыло у меня в голове. Ничего хорошего я от всей этой демократии в театре не ждала, поэтому цель моя была прийти в зал, посмотреть на все это безобразие (никогда раньше я на иммерсивных спектаклях не была), написать очередной саркастический пост о театре в Берлине и пойти домой.

До начала действа, вертя в руках пульт с кнопками "за" и "против", которые нам раздали перед входом в зал, я обдумывала начало в статейки. Пустая сцена с краном, под ним несколько стульев, подписанных: армия, суд, модератор. А потом на экране появился первый вопрос, началось голосование и стало понятно, актеров не будет вовсе, и что мы предоставлены сами себе.

Театральный фестиваль FIND. Берлин

Большинство - меньшинство

Идея простая: читаешь вопрос, который неизвестный дяденька, назовем его "великий мозг", выводит на экран. Голосуешь "за" или "против", потом на экране показывается кто и как голосовал, и "великий мозг" пишет какие-нибудь комментарии по поводу вопроса и дальнейшие действия.

Сначала задавали простые вопросы, типа: "Все собрались?", "Вам нравится голосовать?", "Вы согласны считать зал нашей маленькой страной?", "Фойе тоже входит в нашу страну?" и так далее. В результате зал стал нашей страной, все, что было за дверью, - заграницей, мы провозгласили сами себя парламентом и выбрали армию и модераторов. А потом началась политика.

Вроде бы безобидный вопрос: "В фойе (читай - другом государстве) стоят опоздавшие (читай - беженцы), вы хотите пустить их к нам в страну?". Отвечая на эти вопросы, было интересно смотреть за итоговыми голосами. Ты, вроде, ожидаешь, что большинство скажет да, а они наоборот "против" голосуют. Например, на вопрос "Надо ли считаться с мнением меньшинства?" половина зала сказала "нет".  Все политически корректные и не очень вопросы перемежались вопросами типа: "Кого вы хотите послушать: Марлен Дитрих или Эдит Пиаф?", "Хотите, чтобы в зале пошел снег?" - и вот уже снег, театральный снег падает на сцену под необыкновенную Марлен Дитрих.

Эксперимент Милгрэма

Во втором отделении нас прогнали с нагретых мест, вывесили списки с новыми номерами сидений для каждого и распределили по парам. В паре были люди, чьи ответы в предыдущем отделении были наиболее похожи. Пульт для голосования дали только одному человеку, в нашей паре это была я, и для того, чтобы проголосовать, надо было прийти к общему решению.

Мой тандем сразу объявил, что это будет без сомнения сложно, поскольку у него мнение очень и очень сильное и никаких компромиссов он не терпит. "Забавно," - подумала я, - "пульт-то у меня. Хо-хо!" Смешно было еще и потому, что номера кресел нам давали не просто так, чем выше был номер твоего кресла, тем больше ты тяготеешь примкнуть к мнению большинства, а у нас были 81 и 82 из 120 возможных. Сильное мнение у него!

Театральный фестиваль FIND. Берлин

Найти общий ответ на простые вопросы, типа "Могли бы вы убить", "Это правда, что больше всего на свете вы любите Бога", довольно легко, хотя, посмотрев потом ответы зала, мне стало жутковато. Половина присутствующих явно были киллеры и сектанты. В нашем, столь слаженном тандеме, проблемы начались после того, как на экране появилась надпись: "А сейчас вы должны голосовать с точностью до наоборот". Грубо говоря, если я и мухи не обижу, то на вопрос "Вы можете убить?", я должна проголосовать "да". И тут началось что-то очень похожее на эксперимент Милгрэма.

Милгрэм задумал свой эксперимент после Нюрнбергского процесса, на котором нацисты говорили, что убивать и загонять людей в камеры они совсем не хотели, но у них же был приказ, как тут ослушаешься.  Милгрэм набрал людей, посадил их рядом с ручкой переключения электрического напряжения, а провода от этого прибора подключил к другому человеку. К тому, который сидел за пультом, подошел человек в белом халате, якобы врач. Врач просил постоянно увеличивать силу тока. Испытуемый (тот, кто крутил ручку) думал, что ток действительно идет, и человеку, подключенному к проводам очень больно. Однако 65% испытуемых довели уровень тока до смертельного.

У нас в театре я протестовала, что нас, мол, никто не заставляет, мы можем просто не голосовать. Но партнер мой был неумолим, сказали против воли голосовать - надо делать. В это время, "великий мозг" подливал масла в огонь, после каждого голосования выводя фразы типа "ну вот видите, это очень просто голосовать за то, что вам совсем не нравится". Одним словом, после третьего вопроса я объявила бойкот и кнопки больше не нажимала, а мой сотоварищ убрал свое сильное мнение и смирился с матриархатом.

При этом наши соседи продолжали голосовать. Обсуждая очередной вопрос, они говорили: "Мы думаем "нет", значит надо нажать "да". Я заметила им, что они ничего и никому не должны, а могут просто не голосовать. Их логика была та же - но нам же сказали так делать. Кто сказал? Кто этот неизвестный дядя? Вы его даже не видели никогда. Впрочем, и я и еще трое не голосующих тоже были не лучше, ведь мы просто молча не голосовали, но ничего не попробовали изменить.

Он, она, оно - сидели на трубе

В третьем отделении нас опять посадили на новые места. Теперь мы были четыре партии парламента. Крайние левые - те, чье мнение больше всего отличает от мнения масс, две партии посередине и партия большинства.

Я оказалась в партии неприметных середнячков, тяготеющих к влиятельному большинству. И вдруг, люди стали ко мне поворачиваться и что-то мне говорить, и до меня дошло, что каким-то образом распределяющий номера кресел "великий мозг" назначил меня главной в нашей партии серых мышей. Теперь пульт для голосования был только у меня, и я должна была принимать решение, как голосует вся моя партия. Нам давали какое-то время на обсуждение внутри партии, потом были дебаты в парламенте, где высказывались все четыре партии, а потом голосование.

Театральный фестиваль FIND. Берлин

Оказалось, у всех людей разная логика и разные пути достижения одного и того же результата. Например, был задан вопрос: "Вы считаете, что надо отменить местоимения "она" и "он" и заменить их "оно ?" У меня и у моей партии был ответ "нет". Вот только я думала: с чего ради, если ты она - будь "она", если он - "он", а "оно", простите, и так слишком много в жизни. Большинство же людей в моей партии считали, что это только заменит одну систему на другую и только поэтому ничего менять не стоит, хотя было бы неплохо всем нам стать нечто неопределенным, дабы женщина уже наконец стала равна мужчине.

А еще в массе люди боятся говорить первыми. "Если по соседству с вашим домом решили построить общественное заведение (мечеть, больницу, садик, казино, магазин и т.д.) должны ли люди, живущие в этом районе принимать окончательное решение о разрешении или запрете на постройку, или это должно делать государство". Моя партия кричала, что все надо отдать в руки государства и путь они сами решают. Я совершенно точно была против, ясно представив себе в моем тишайшем районе рулетку казино и гулянки до утра. И только после того, как я озвучила точку зрения, противоположную мнению большинства, оказалось, что в партии есть еще несколько человек со мною солидарных, но молчавших, до сего момента. Во время моих попыток достичь консенсуса с однопартийцами, один такой "скромный" товарищ превратился в чертика и все сидел и тихонечко говорил мне, что он со мной совершенно согласен, и что я должна наплевать на всех и проголосовать так, как считаю нужным.

Шальная императрица

Пока мы обсуждали строительство, легализацию проституции и наркотиков (вот где все партии оказались удивительно солидарны) нам задали вопрос: "Считаете ли вы что, страной должна управлять небольшая группа людей". Три из четырех партий проголосовало "за", и как-то незаметно наш "великий мозг" решил выбрать меня в качестве лидера этой "небольшой группы" и единоличным правителем нашего скромного государства. Вот так придешь тихонечко в театре посидеть, и попадаешь в политику, и вот на тебе ответственность и корона, и надо что-то для подданых-людишек решать! Ох и тяжела же наша императорская житуха, скажу я вам.

Крайние левые - это те, что были меньшинством, демонстративно встали и покинули зал. Единоличная власть, пусть даже и шальной императрицы им явно не понравилась. Когда не осталось недовольных, и вот только-только можно было бы все прибрать к рукам и уже вдохнуть пьянящий аромат власти, как эти левые подлецы ворвались в зал и устроили революцию.

Артист

Но не они, жалкие революционеры - попиратели культа личности, прекратили мое правление своей совершенно, кстати, неподготовленной революцией. А вдруг перестал работать мой пульт и откуда-то сверху совершенно мерзкий, электронный голос стал петь песню и решать все за нас, на сцене осветили одно, оставшееся свободным кресло с надписью "артист". Но там так никто и не появился, а оставался только противный голос, который при этом в конце потребовав за свою "прекрасную" работу аплодисментов.

Не знаю, то ли это единоличные правители превращаются вот в таких "артистов", то ли где-то еще выше над всеми сильными мира сего есть один ужасный гном, который решает все, но это было жутко. Он творил, что хотел и, если представить, что в какой-то стране президент подобен вот этому "артисту", то страну эту остается только пожалеть и похоронить.

Мне кажется, режиссер обожает этот спектакль, ведь где еще он может сидеть и управлять людьми так легко! По сути, это и не спектакль вовсе, а небольшой эксперимент над зрителями, и только им предоставляется право аплодировать "артисту" или покинуть зал.


You Might Also Like

2 коммент.

  1. Как же мне хочется в такой театр!!!! Наверное мне понравится иммерсивный ? театр! Инна, ты молодца!!!!!! Умочка!!!!! ?

    ОтветитьУдалить
  2. Ольга, спасибо! Понравился бы однозначно! Я сама не ожидала, когда шла туда, что будет так интересно :)

    ОтветитьУдалить